Иногда мне говорят, что пишешь ты, может, и интересно, но у нас тут война и электричество.

Верно. Но остается также необходимость искать методы пути в будущее. И я делаю то, что могу. Войну и электричество не могу, а культуру и психологию в состоянии как-то оформить в текст.

Как говаривал мой отец, каждый достигнет, чего хочет, если возьмётся за то, что может.

У природы нет плохой погоды потому, что у неё нет идеологии. Если там что-то складывается, то исключительно потому, что даёт возможность продолжения существования животных и растений. В противном случае мы о них узнаём только из ископаемых останков.

Скажем, муравьи существуют по крайней мере 130 миллионов лет. Значит, у них всё в порядке. Что удивительно с нашей точки зрения, достаточно взглянуть, как они тащат какую-то соломинку к себе в муравейник. Несомненно, большинство будет пихать в нужную сторону. Однако найдутся и те, кто станет толкать со стороны поперёк, и обязательно пара идиотов начнёт давить в прямо противоположном направлении. Но будут и те, кто будут просто праздно болтаться рядом или пойдут по своим делам.

Для нас это выглядит нерационально, да и глупо, такая неэффективная организация. Но вот они существуют миллионы лет, и ещё долго будут, а встретим ли мы Новый Год — это большой вопрос.

Выходит, что, с точки зрения Вселенной вообще и природы в частности, такая разбросанность имеет эволюционный смысл, иначе бы её не было. А идея тут в том, что ежели что-то пойдёт не так с основным вариантом, всегда под рукой имеются альтернативы. А вот то, что что-то пойдёт не так гарантируется известным Законом Мёрфи.

И только у людей наблюдается идеология, которая считает, что есть определённые вещи, которые работают всегда и везде, а если они не работают, то это вина других людей. Посему идеологически настроенные люди всегда настаивают на едином подходе в едином порыве. А если у тебя порыва по какой-то причине не наблюдается, тебе могут сделать больно. Для твоего же блага, поскольку ты не хочешь понимать и принимать такую чудную идеальную идеологию, альтернатив которой не бывает по определению.

Идеология может на самом деле работать, но только в идеальных никогда не меняемых обстоятельствах. В своей старой уже книге «Система: Упрощённая теория всего на свете» я приводил аналогию с человеком, который смотрит на один кадр длинного фильма и строит своё восприятие мира и планы на основании того, что там видно. И если предположить, что ничего никогда не изменится и все кадры фильма просто повторение этого одного кадра, то человек не ошибается. Но вероятность того, что это происходит, близка к нулю. Или, согласно идеологии, абсолютно гарантирована.

В природе же разнообразие, инакомыслие, альтернатива, оппозиция просто необходимы для выживания любой системы. Несмотря на то, что они стопроцентно сопровождаются бардаком и плохой организацией сил и ресурсов. Такова цена выживания. Потому что никто не знает, кто и что понадобиться завтра, когда ситуация начнёт противоречить единственно верному заданному направлению.

Вот как слетал Первый секретарь Никита Сергеевич Хрущев в конце 1950-х в США, поразился там возможностям кукурузы, вернулся и предложил весь СССР откукурузить. А советский народ, партия и правительство, это вам не дурные мурахи, они всегда на единственно верном пути. И засадили початками от Северного Ледовитого то высыхающего Арала. Но кукуруза самого верного учения не понимала и отказывалась расти в нежилых местах. А будь инакомыслие если не совсем разрешено, то хотя бы не сильно наказуемо, глядишь, не только кто-то бы сказал «Что ж вы, балбесы, творите?!», возможно, его бы даже послушали и херней бы не занимались.

А есть ещё войны, экологические угрозы, пандемии, переформатирование глобальной экономики и много неприятны других вещей, которые в одной голове и одной идеологии просто не укладываются, которые простыми плясками и маскарадами не решить.

Мой частый собеседник Александр Золотухин, организатор «Дискуссионного Клуба Полтава» в конце каждого нашего разговора задаёт мне один и тот же вопрос — Кто в Украине этим должен и станет заниматься? Лично я? Народ? Избиратели? Элиты? Правительство? Президент? И тут я обычно начинаю мычать от незнания ответа.

Популярные статьи сейчас

В Украине подорожало мясо: новые цены на свинину, курятину и говядину

ПФУ ответили, могут ли жены участников боевых действий подать заявление на льготы

Водителям готовят новые штрафы: за что можно "попасть" на 34 тысячи

Адвокат рассказала, как ТЦК поступят с украинцами, не обновившими данные

Показать еще

Но этот раз я подумал, что вопрос, вероятно, должен быть поставлен не кто, а почему?

Современная информция о чём угодно - не секретное знание, доступное немногим, а на расстоянии нажатия нескольких клавиш ноутбука. Любой дурак в состоянии сделать это. Тем не менее в одинаковой ситуации один человек принимает одно решение, а другой — другое. Понятно, что один человек не показатель ничего, сплошная случайность, но когда люди, принадлежащие одному обществу, поступают как группа одним образом, в отличие другого общества, то это вызывает вопрос — почему? Что определяет их поведение? И ответом тут будет, среди, конечно, других важных составляющих, - культура.

В последние время я наблюдал британского поведенческого экономиста и маркетолога Рори Сазерланда, который считает, что следующей революцией будет не технологическая (сколько ж можно?!) или политическая, а психологическая.

Что это значит?

Если человеку дать много-много власти и много-много ресурсов, то он, скорее всего, в силу своих возможностей, будет искать решений масштаба пограндиозней, стоящих побольше денег.

Экономисты, финансисты и технари жутко любят цифры и эффективность через складывание и вычитания оных цифр. Поэтому, приводит пример Рори, просчитывая эффективность новых поездов, они станут рассчитывать, сколько часов будет экономиться за поездку, если в скоростные поезда вбухать миллиарды.

При этом не учитывая другой момент — кто и сколько ездит поездом и насколько им важна экономия времени? Например, семь человек ездят раз в неделю каждый, экономя один час на рыло, или один человек, пользующийся поездом семь раз в неделю, это одно и то же? Цифры говорят, что да, семь в неделю, помноженное на один, будет семь. Психологический экономист задастся другим вопросом: А стоит ли экономия одного часа в неделю для одного человека (из тех семерых) таких огромных вложений? Более того, за десятую часть стоимости проекта, можно просто нанять полуголых супермоделей, которые будут разносить по поезду бесплатный алкоголь, и тогда никто вообще из поезда выходить не станет, проблема экономии времени исчезнет сама по себе.

Другой пример психологического решения там, где наш рационально тренированный мозг, сразу начинает лезть в технологию. В здании медленный лифт и люди жалуются. Производитель лифта обещает за несколько миллионов долларов внести необходимые корректировки в дизайн и переоборудовать систему. Но вместо этого перед лифтом просто поставили зеркала. И вместо того, чтобы раздраженно, не переставая тыцять в кнопку, проклинать медленную технику, народ может оглядеть себя, поправить прическу, выдавить прыщ, подглядывать за рядом стоящей милой барышней. Жалоб больше нет, вопрос решён. Хотя лифты по прежнему ползут как черепахи.

Не все, но многие политические, экономические и социальные проблемы можно решить, просто предложив другой взгляд на вещи, не меняя сами вещи. Хотя бы потому, что даже изменив вещи к лучшему, но не изменив взгляд на них, вы рискуете, что ваши улучшения просто не поймут, не воспримут.

Вот как в горбачевский СССР импортировали капитализм и демократию, а никто толком ничего и не понял. А потом в России восстановили автократию и госконтроль — и все прекрасно всё поняли! Потому что именно это и соответствовало советской, да и, если честно, то и современной украинской, только под другими колерами, психологии. Сформированной в определённом культурном контексте.

Тут кто-то воскликнет, я же говорил, все эти Пушкины, Толстые и Достоевские с Булгаковым! Особенно с Булгаковым, гадом!

Друзья мои, культура не только и не столько отдельные произведения отдельных деятелей, а широкая, трудно описываемая комбинация динамически меняющихся во времени факторов, выраженных в языке, практиках, визуальных и архитектурных образах, традициях, истории, социальных и экономических отношений, и миллиона других вещей. Писатели и певцы ртом просто удобнее в качестве иллюстрации, не более того.

По моему, Сергей Довлатов лучше всего это передал.

«Оказались мы в районе новостроек. Стекло, бетон, однообразные дома. Я говорю Найману:

— Уверен, что Пушкин не согласился бы жить в этом мерзком районе.

Найман отвечает:

  • Пушкин не согласился бы жить... в этом году!»

Я бы сказал так, что культура влияет на сознание тем, на чём она фокусируется: конкретном человеке в конкретных обстоятельствах или обобщенном человеке в историческом контексте, ну, как в старом соцреализме. Ты просто сам по себе или исключительно член группы. Это не хорошо и не плохо, просто разные подходы. Которые, тем не менее, будут обуславливать конкретные решения конкретных людей по конкретным вопросам.

Это делает культуру ещё одним способом привносить перемены психологически, что очень дешево и не требует особых вливаний от МВФ.

Не то, чтобы никто об этом не догадывается, хотя бы на интуитивном уровне. Наоборот! Получив возможность контроля образования и культуры политические силы его тут же начинают осуществлять. Просто в очень децентрализованных США это делается точечно и разбросанно, а в унитарной стране с вертикалью власти сразу в общенациональном масштабе. В Америке это выливается культурные войны, как мы и наблюдаем сейчас, а вот с вертикалью власти не забалуешь, кто начальник, тот и прав. И если вы, гражданские, такие умные, то чего ж вы строем не ходите?

Мне опять скажут, что мы не хотим как в Америке. Там все эти (условно) левые-прогрессивные «Woke» (сочувствующие всевозможным жертвам несправедливостей) и BLM (Черные жизни имеют значение) и (условно) правые трамписты и просто евангелики, для которых и сам Христос слишком левый, борются за возможность устраивать для всех то, что они лично считаю важным, в то время, как просто люди без идеологических червяков в голове тихо охреневают.

Но помимо неудобств и раздражения, подобная культурная конфронтация служит и улучшению общества и системы в долгосрочной перспективе. Я считаю что если бы Трампа не было, его стоило бы придумать. Он прекрасно тестируют и американскую, и международную систему на прочность, обнажая проблемы, о которых никто не задумывался, потому что все воспринимали устоявшееся положение вещей как данность. А это плохо, потому что никто к изменениям тогда не готовится.

Значит ли это, что я предлагаю создать в Украине условия для культурных войн? Нет, тем более в условиях настоящей войны. К тому же, как ещё 10 лет назад в самой первой моей статье на Хвиле «Семантические войны: взгляд постороннего на события в Украине» я писал, что принципиальной разницы мышления среди украинцев любой направленности не наблюдается. Ориентиры разные, а подходы примерно одинаковы, ориентированные на групповую идентичность. Что, в свою очередь, выражается как в искусстве, так и политике.

Я решил провести очень ненаучный эксперимент, и попросил моих фейсбучных друзей накидать мне ссылок на украинские песни всех времен и стилей, где говорилось о конкретном месте, улице, или, если нет улицы, то и города, но без пафоса, символизма, романтики и сентиментальности. Ну, скажем, как в битловской «Penny Lane», в которой довольно буднично описывается улица, где парикмахер бреет клиента, дети смеются над промокшим под дождём банкиром, пожарный с портретом королевы в кармане, медсестра продающая маки (видимо ко Дню Памяти), конкретное место с конкретными людьми.

И с такими мерками, только «Брати Гадюкіни» с песней «Файне місто Тернопіль» оказались ближе всего к задаче. Признаюсь, сам не без греха. Лет 40 тому назад я пытался написать песню о моём городе Новая Каховка, но ничего конкретного, кроме эпитета «зелёный» мне даже в голову не пришло. Обобщение - наше всё!

Получается эффект негативного feedback'а, замкнутого цикла обратной связи, когда политика, экономика и социальные отношения определяют культуру, которая в свою очередь их же и подкрепляет. И любой, кто когда либо подносил микрофон или гитару к усилителю, знает, что от этого всем становится только хуже. Или как говорят идеологи — только лучше!

И снова вопрос — кто может или хочет разорвать такой замкнутый круг?

Мне говорят, что Украина - страна бедная, особенно сейчас, и позволить себе культурных выламываний не может. Но культура не определяется уровнем благосостояния, она всегда есть и выражается теми, кто есть, посредством того, что доступно.

Ямайка, остров размером с ничего и тремя миллионами населения, никогда не была богатой страной, особенно в вихревые 1970-е, когда экономические провалы сочетались с политическим насилием и обнищанием масс. Не лучшее время по любым показателям. И вот оттуда тогда же выходит реггей, который не только стиль музыки, но и целая культура в сцепке с растафарианской религии с её провозглашенными корнями в Африке и церемониальным курением каннабиса, выраженная цельно в фигуре певца и шамана (другого слова и не подберешь) Боба Марли, который в Третьем мире превосходил по популярности и влиянию любых западных исполнителей. При этом, по свидетельству моего друга, который имел честь и удовольствие однажды общаться с Марли на вечеринке, оставаясь доступным и приятным человеком.

Дело не в бедности, а в качестве творчества и яркости личности. В этом для меня лично Боб Марли и Тарас Шевченко очень похожи, если не идентичны, Они на пустом месте (на самом деле нет, но так приятней думать) создали новое, интересное, нужное. Без участия Министерства культуры, заметьте.

Иногда лучше просто не мешать. Что трудно в условиях засилья идеологии, которая раскладывает по полочкам что такое хорошо, что такое плохо, на кого молиться, кого предавать анафеме. Культ - плохо определению, даже если это культ очень хороших людей, самой замечательной страны и самого красивых флага и герба потому, что приказывает как тебе думать и чувствовать. Ты что, умнее всех, иди сажать кукурузу на Чукотке!

Но даже в условиях кукурузы, КГБ и Хрущева в вечной вышиванке, в Советском Союзе произошел культурный сдвиг, который повлиял, не предопределил, но повлиял на дальнейшую судьбу страны — барды.

Не то, чтобы люди не писали стихи или не пели песни до того, или появилась особая тематика. Но, что потом произойдет и с реггеем, простой жанр песни вырос в цельный культурный пласт, начавший влиять на окружающую действительность. Режим менялся с абсолютно тоталитарного на относительно авторитарный и помимо исключительно о Родине стал позволять людям немного думать и о себе. Особенно если певец не был профессиональным исполнителем в официальной системе филармоний, а так, любитель побренчать на гитаре и попеть что-то такое забавное и не особо политическое у походного костра с друзьями.

Барды выросли при Советской власти и не были антикоммунистами или антисоветчиками по убеждениям, они просто обратились к человеку как личности, в отличие от человека как части общего. Им это позволяли, или не мешали, точнее, поскольку тут не было противопоставления двух противоположных идеологий, а что-то отдельное, которое были просто интересно, актуально и при этом не подрывало никаким образом гегмонию партии и правительства.

На этом фоне выстрелил, прямо как Марли или Шевченко, Владимир Высоцкий. Видимо потому, что он был актер, его творчество полно конкретики даже в самых обобщенных песнях. Я не стану приводить примеры, уж кого-кого, а Высоцкого знают все. Его слушали и пели зеки в колониях и члены Политбюро в Кремле, интеллигенты на кухнях и пролетарии в общагах. И всё потому, что как сказал писатель и критик Виктор Шкловский «Он напоминал нам о том, что мы люди.» Не звал на политическую борьбу, не определял хорошие мы люди или плохие, не проталкивал определённую идеологию, а напоминал нам о нашей общей людской сущности, о том, что нас единит.

А вот украинских бардов фактически не было как явления. Я могу только гадать, но мне кажется, что украинская культура очень формулировалась, как национально-сознательными силами, так и коммунистами ещё в начале 20-го века.

Хотя попытки осовременить хотя бы украинскую поэзию были и довольно значительные у Сосюры, Тычины, Рыльского, а некий Гнедов просто выдал эпатажный шедевр в 1913.

Перша его – футуристична пісня

На українській мові.

Усім набридли Тарас Шевченко

Та гопашник Кропивницький.

Ніхто не збреше, що

Я свиданий

Забув Українців

Мне это очень напоминает такую же по духу эпатажную песню 1970-х группы “Sex Pistols” “God Save the Queen”.

Боже храни Королеву.

Это ж деньги туристов

Побрякушку без пользы

для дурацкой игры

О, Боже, храни историю,

и ваш безумный парад.

Господи боже, смилуйся

Проплачено зло наперёд

Но если песня шкодливых британских пацанов оказалась на вершине хит-парада, правда в виде черного цензурного прямоугольника, то украинский авангард начала прошлого века не привился.

Украинство всунули в определённые, довольно узкие рамки, выход за которые считался проявлением национальной ереси, сильно ограничив её возможности.

В результате, как тот же Рори Сазерланд заметил, отбирая творческих людей по жестким критериям вы в конечном итоге останетесь исключительно с посредственностью.

Посредственность сама по себе — это хорошо, вам нужны выдающиеся генералы, но не выдающиеся рядовые. Выдающийся рядовой значит, что что-то у вас не так пошло.

Но в культуре посредственность может только поддерживать статус кво, и если он вас устраивает, тогда отлично. Но если вам приходится искать новые решения на вызовы дня — вам необходимы альтернативы, которые в среднестатической посредственности не найти по определению.

Украинские барды стали появляется только в конце 1980-х и то потому, что стали разрешены и другие идеологии, кроме марксистско-ленинской, и эти исполнители уже могли без опасения быть именно украинскими бардами с украинской тематикой. Но частью той, предыдущей бардовской общечеловеческой культуры они, конечно, не были и влиять на умы так, как до того Высоцкий, Галич, Ким и Окуджава, никак не могли.

Что оказалось в духе времени, как видно на примере советского (говно) рока, который изначально мнил себя эдаким духовным оппозиционером, и за редкими исключениям пел не о конкретном человеке или любви, как западные звезды, а высокопарную галиматью с претензиями на значимость. Вот они отрицательно повлияли на последующую культуру, поскольку несмотря на потуги казаться прогрессивным, у них выходила джек лондоновские полуфашистская идеология по сути. К чему народ был и так приучен за 70 лет Советской власти.

Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас! И буквально все, что в Украине, что в России, из моего опыта общения, находили эти строчки Макаревича прекрасными и полными смысла. Я же от них пришел в ужас. Предлагаю вам подумать от чего. Но я давно уже живу в другой реальности, что я знаю?

Интересно, что необходимость если не в альтернативе и оппозиции, то хотя бы другого взгляда, имелась и осознавалась всегда. Для этого средневековые монархи заводили шутов, которые на власть претендовать не могли, зато как бы в шутку могли указать на определённые проблемы. Или тот же юродивый из оперы «Борис Годунов» в исполнении Козловского.

Тут надо подчеркнуть, что для решения проблем просто критики недостаточно. А для психологического подхода требуется творческая составляющая. Которая может позволить ответить на вопрос, почему людям чего-то не хватает, так — возможно, что это что-то не приносит им удовольствия и не делает их счастливыми, и сколько его не производи — его всегда будет недостаточно для удовольствия и счастья. Может быть мы измеряем не те параметры не теми критериями, посему наши результаты обречены быть неудовлетворительными.

За 33 года независимости в Украине был снят один по настоящему значимый фильм - “Племя”, о молодежи в интернате для глухонемых, о конкретных людях со всеми присущими людям плохими и хорошими качествами, он поднимал серьезные вопросы о человечности и морали, там девочки занимаются проституцией, мальчики грабят прохожих, но они при этом хорошие люди в ужасных обстоятельствах. И поскольку фильм из-за своей специфики был по сути немым, просунуть в него идеологию было сложно. Получился шедевр. О котором никто из моих украинских знакомых просто даже не слышал.

Если привычные методы не приносят желаемых результатов, необходимо искать непривычные. Для этого нужны нестандартно мыслящие люди. Которые могут появиться только там, где нестандартность не наказуема, а поощряема. А это трудно, ведь это может обрушить устоявшиеся стереотипы и святыни.

А может быть дело просто в стереотипах и святынях? Если мы перестанем возводить себе кумиров и наступать на одни и те же грабли, всё просто станет на свои места?

Меняя культуру мы меняем свой взгляд на жизнь, что позволяет нам видеть то, чего мы раньше не замечали. И тогда окажется, что всё, что нам нужно, это зеркало, в котором мы увидим себя.

P.S. Последняя на сегодня цитата от пост-панковой группы “Green Day” с их взглядом на окружающую их американскую действительность.

Не хочу быть американским идиотом

Единая нация, контролируемая СМИ

Информационный век истерии

Взывающий к идиотской Америке

Ну, может быть, я и педик, Америка
Я не часть повестки для быдла
Теперь все, займитесь пропагандой
Подпевая эпохе паранойи