Недавно Украинский институт будущего опубликовал свое первое исследование, посвященное анализу позиций внешних игроков касательно войны РФ в Украине. Как показала война, в современном мире старое восприятие «Запада» как доминирующей силы, от которой зависят все процессы, уже не актуальное.

На арену выходит «коллективный Восток» или «Глобальный Юг» - страны, которые в подавляющем большинстве не участвовали в формировании послевоенного мирового порядка в 1940-1950-х, и оставались второстепенными в глобальных процессах «однополярного момента» после 1991 года. В отличие от Запада, который более-менее понятен в восприятии масс, доминировавший при создании нынешнего либерально-глобалистского, в чем-то идеалистического, миропорядка после «холодной войны» в 1980-1990-х, условный «Восток» находился в тени и в гораздо меньшей степени изучен и понят, в том числе у нас в Украине.

Рекомендую также:

  1. Российско-украинская война: куда смотрят страны Азиатско-Тихоокеанского региона, часть 1.
  2. Российско-украинская война: куда смотрят страны Азиатско-Тихоокеанского региона, часть 2.
  3. Китайский дракон и индийский слон: возможно ли сближение?

Вторжение РФ и последующие маневры на международной арене продемонстрировали, что мнение и позиция Востока не менее важная для нас, чем позиция Запада. В отдельных вопросах, таких как санкционное давление или энергетическая политика, страны Востока или Глобального Юга играют не менее важную роль, а может быть даже и более важную, нежели страны Запада. Голосование за заморозку членства РФ в Совете ООН по правам человека обозначило этот парадокс: решение было принято большинством голосов, поданных странами Запада и его партнерами, однако по количеству населения получалось, что не поддержала это решения большая часть населения планеты.

Эта статья основана на главных тезисах исследования и посвящена крупнейшей и мощнейшей стране Востока — Китаю. Его позиция по Украине и дальнейшие шаги будут определять мировую повестку на десятилетия вперёд. Игнорировать Китай нельзя, а Украина много лет не придавала этому направлению должного внимания. И сейчас, как никогда раньше, понимание позиции Китая и других стран Азии для нас является чрезвычайно важным.

Какую позицию Китай занимает касательно войны в Украине?

Кратко, эту позицию можно описать как «прагматический нейтралитет». Она характерна для большинства не-западных государств, особенно для стран Азии. И в этом Китай задает тренды, так как на его позицию ориентируются многие.

Общая рамка публичной риторики Пекина за всё время войны в Украине не изменилась. Её можно описать несколькими ключевыми меседжами, продвигаемыми китайскими медиа и экспертами с 24 февраля:

  1. В войне в Украине виновата не только Россия, но и «коллективный Запад», в особенности США, которые игнорировали претензии РФ во области безопасности;

  2. Необходимо создать единую, неделимую и общую для всех концепцию безопасности в регионе и мире, которая бы учитывала интересы и обеспокоенности всех игроков, и в которой не было бы безусловного доминирования Запада;

  3. Запад должен принять за основу концепт неделимости безопасности, который должен лечь в фундамент новой мировой архитектуры безопасности;

  4. Европа, как и Китай, хочет скорейшего завершения войны и мира, но из-за США война затягивается;

  5. Необходимо отказаться от «менталитета холодной войны» и «блокового мышления», завершить эпоху формирования военных блоков и деления мира по этому принципу, перейти к более гибкой, прагматичной многополюсной системе, в которой бОльшую роль будут играть не-западные страны;

    Популярные статьи сейчас

    Зеленский предупредил к Лукашенко: Путин втягивает Беларусь в войну

    Vodafone запустил новую бесплатную услугу для всех абонентов

    На саммите G7 высмеяли Путина, вспомнив его фото на коне

    В центре Киеве прогремел новый взрыв после сообщений о запуске ракет в Беларуси

    Показать еще
  6. Нельзя сравнивать Украину и Тайвань, потому что в первом случае речь идет о суверенной, независимой стране с признанными границами, а во втором случае — о неотъемлемой части Китая;

  7. Китай не поддерживает односторонние санкции Запада против РФ, поскольку США их используют как инструмент расширения своего влияния, и это плохой прецедент для мира.

Тональность и акцентирование этих месседжей поменялись лишь один раз в самом начале войны. Когда спустя неделю стало ясно, что Россия не сможет добиться быстрых успехов на фронте, китайские медиа смягчили риторику в отношении Украины, полностью устранились от темы российского вторжения и начали освещать тему гуманитарных последствий нападения РФ на Украину.

К примеру, если 24 февраля на страницах государственного китайского англоязычного издания Global Times довольно остро писали, что война РФ в Украине — это «плевок в лицо Вашингтона», что «судьба Украины печальная», поскольку страна «подчинилась воле США и стала жертвой бессмысленного расширение НАТО на восток», то уже через три дня военные эксперты КНР констатировали, что украинская армия оказалась сильнее, чем все думали, а Россия продвигается в Украине не по плану. 28 февраля постпред КНР в ООН призвал стороны конфликта к немедленным мирным переговорам, а представитель МИД КНР впервые призвал «уважать территориальную целостность и суверенитет всех стран-членов ООН». Уже 10 марта Китай впервые назвал войну в Украине собственно «войной». 15 марта посол КНР в США опубликовал колонку, в которой назвал Украину суверенным государством, и резко опроверг информацию о якобы поддержке России со стороны его правительства.

Другими словами, понимая, что Россия не достигнет своих целей в Украине через несколько дней, и что эта война станет для Москвы долгой и изнурительной, а также осознавая токсичность этой истории для своей репутации и отношений с западными государствами, Пекин сменил риторику, позволил более свободно освещать войну и отдалился от РФ еще больше.

Более того, несмотря на нежелание присоединяться к санкциям против РФ, китайские власти усилили надзор за сотрудничеством с РФ, стали подходить к нему с большей осторожностью. В отдельных случаях даже ограничивая деятельность с Москвой как по собственной инициативе, так и в связи с опасениями попасть под санкции. К примеру, по сообщениям Reuters, 25 марта китайский энергетический гигант Sinopec приостановил инвестиции в российскую газохимическую промышленность. А еще в начале марта Азиатский банк инфраструктурных инвестиций временно заморозил некоторую деятельность на территории РФ. 10 марта в России жаловались на то, что Китай затягивает переговоры по продаже Москве запчастей для гражданских самолетов, оказавшихся в дефиците из-за западных санкций в этой области.

Впрочем, эти ограничения не означают, что Китай присоединился или собирается присоединяться к западным санкциям против РФ. Это скорее превентивные меры, призванные минимизировать риски для китайских компаний попасть под западные санкции, к чему их бы радостно подвели те же США.

Хотя Китай не присоединился к западным санкциям против РФ, уже с начала марта активно действует в гуманитарной сфере, хоть и в меньших масштабах, нежели страны ЕС. 9 марта в Украину был отправлен первый гуманитарный груз из КНР, а правительство КНР согласовало выделение гумпомощи на общую сумму $790 тысяч через Красный Крест. В середине марта второй и третий груз прибыли в Украину через территории Румынии и Венгрии. 21 марта КНР выделили дополнительные $1,57 млн гуманитарной помощи через Красный Крест.

Как война в Украине отразилась \ отразится на Китае?

Нельзя сказать однозначно, что для Китая война в Украине принесла одни лишь дивиденды, или наоборот: резко ухудшила их позиции в мире. Здесь всего понемножку. Начну с негативных трендов, наметившихся для КНР вследствие российского вторжения в Украину.

Во-первых, война создала невероятно токсичную ситуацию, которая начала угрожать репутации Пекина из-за его тесных связей с Москвой. Незадолго до войны КНР и РФ подписали «Олимпийскую декларацию» в Пекине — довольно мощный политический документ, дававший понимание заявки Китая на мировое лидерство в партнерстве с РФ, но не означавший, однако, безусловной поддержки Китаем любых военных авантюр РФ (чего, видимо, не поняли в Москве, обрадовавшись подписанию декларации с «китайскими друзьями»). В контексте начавшейся 24 февраля войны, китайско-российское партнерство начало выглядеть плохо. А когда США взялись продвигать нарратив про «причастность Китая» к войне в Украине, то в комбинации с жесткими карантинными ограничениями в Шанхае, эти агрессивные и тревожные новости начали бить по фондовым биржам, хоть и недолго.

Во-вторых, война привела к политико-идеологической поляризации во многих странах, оказавшихся в ситуации выбора стороны, а также усилила антикитайские настроения в связи с тесными связями КНР с РФ.

В-третьих, санкции Запада и изоляция РФ потенциально создают угрозу магистральному стратегическому проекту КНР «Один Пояс, Один Путь», в который Пекин уже вложил свыше $ 4 трлн и получил около $ 2 трлн в 2021 году. Множество транспортных маршрутов, по которым китайские товары поставляются в Европу через территорию РФ могут столкнуться с задержками. Разрыв логистических цепочек, если будет ухудшаться, вынудит Китай искать альтернативные маршруты поставок, и вкладывать в них кучу денег, или переориентироваться на морскую торговлю, в которой Китай в большей степени зависит от других стран и \ или узких проходов, на которые могут повлиять США и их союзники.

Ожидается падение объемов транзита через Россию из-за отказа западных компаний страховать российские экспедиторские компании, перевозящие китайскую продукцию. А при возвращении контейнеров из Европы в Китай через РФ европейские компании не могут нормально оплатить услуги из-за финансовых санкций ЕС.

В-четвёртых, война создала благоприятный фон для США — главного соперника КНР — для консолидации союзников в Европе и Азии, усиления влияния на проамериканские группы элит в разных странах и начала активного давления на те государства, которые до этого старались балансировать и держать нейтралитет, но которые нужны США в их региональных альянсах или условной глобальной «антикитайской коалиции». В частности, это касается таких стран, как Германия, Франция, Турция, Саудовская Аравия, ОАЭ, Израиль, Сингапур, Пакистан, Индия, Индонезия. Некоторые изменения в этих странах уже произошли, при прямом или непрямом давлении Вашингтона и окружающих войну в Украине обстоятельств.

Например, в Германии правящая коалиция уже была вынуждена объявить о пересмотре своей политики в области вооружений и обороны и впервые рассмотреть вопрос радикального перевооружения и наращивания военного потенциала. Сингапур стал первой страной Юго-Восточной Азии, присоединившейся к санкциям против РФ. В Пакистане обострилась борьба между прозападными и прокитайскими элитными группами, что привело к политическому кризису, падению правительства Имрана Хана 10 апреля и возвращению к власти клана Шарифов.

В-пятых, война создала проблемы в экспорте неона из Украины, являющимся важным элементом в производстве полупроводников, а это огромная индустрия в том же Китае. Долгосрочные перебои с поставками неона, которые ранее шли морем, могут ударить по конкурентоспособности китайского сектора полупроводниковой промышленности.

В-шестых, война породила проблемы для продовольственной безопасности КНР. И хотя за последние пару лет Пекин нарастил свои стратегические резервы, в средне- и долгосрочной перспективе вторжение РФ в Украину создает для КНР серьезные вызовы в этом направлении. Поиск альтернативных маршрутов поставок затруднен. Переориентация в импорте зерна только на Россию не входит в планы КНР, направленные на диверсификацию поставок, а не их монополизацию одним игроком. Кроме того, другие крупные поставщики продовольствия — это, в основном, США и их союзники (Австралия, Франция, Канада, Германия, Польша). Они вряд ли придут на помощь КНР, и Пекин не желает становиться от них в зависимость в такой критической отрасли. Остаются также нейтральные игроки Аргентина и Казахстан, но их возможности ограничены и полностью заменить потерю украинского и российского импорта не смогут. Следовательно, для КНР очень важно, чтобы война между РФ и Украиной разрешилась как можно быстрее, и желательно, с открытием черноморских портов и возобновлением поставок зерна в ближайшие 1-2 года.

Кроме негатива, война в Украине, конечно же, создает и определённые возможности для Китая, которыми Пекин может или не может воспользоваться.

Во-первых, неминуемое ослабление РФ в результате войны и западных санкций приблизит Россию к статусу «младшего партнера» Китая — то, чего добивался Пекин многие годы в своей «дружбе» с Москвой. Именно такой формат взаимоотношений является предпочтительным для КНР, а вовсе не наличие у себя под боком могущественной регионального игрока с гипер-амбициями и реваншистскими настроениями, способным бросать вызов не только США, но и Китаю. В стратегии КНР российская экономика не является для них центральной. Будучи преимущественно сырьевой и слабой, она не решает основные задачи модернизации китайской, а лишь обеспечивает её сырьем. Поэтому, Китаю нужна Россия как «сырьевой актив», при этом податливый для внешнего влияния.

Во-вторых, война вынудила Запад быстро реагировать и вводить ответные меры против РФ, тем самым раскрывая пределы их давления и воздействия в торгово-экономическом и финансовом секторах. Западные санкции показали Китаю, к чему ему следует готовиться при дальнейшей конфронтации с США, а также позволили оценить уровень и глубину контроля Вашингтона над международной финансовой системой и системами союзников. Все это станет ценной информацией для Китая в рамках его планов развития альтернативных закрытых не-западных платежных систем. Санкции, хотя и были оправданы в глазах многих государств, все же показали уязвимость большинства стран перед системой, в которой доминирует американский доллар, особенно в контексте ареста российских долларовых резервов Центрального банка. То же самое касается и внешней торговли. Китай будет использовать нынешний кризис, чтобы форсировать вопросы создания защищенных систем двусторонней торговли, перевода ее в национальные валюты, убеждения других стран наращивать долю своих ЗВР в юане, как это сделала Россия за последние несколько лет.

В-третьих, война в Украине потенциально обостряет социально-экономическую ситуацию в регионах мира из-за роста инфляции, а также цен на базовые товары, продовольствие и энергоносители. Это уже привело к значительному обострению кризиса в самых уязвимых экономиках Африки, Ближнего Востока и Азии. Тем самым, для Китая и других крупных внешних игроков (держателей внешних долгов) создаются возможности усиливать свое влияние на пострадавшие страны (например, Шри-Ланка, Непал, Пакистан). Кроме того, у КНР появляется дополнительное пространство для маневра, поскольку присоединившиеся к антироссийским санкциям страны не захотят вступать в конфронтацию ещё и с Китаем.

В-четвертых, война в Украине углубляет раскол между коллективным Западом и всеми другими странами, особенно уставшими от доминирования западных институтов в мировом порядке. Для Китая это шанс консолидировать страны, которые не воспринимают давление со стороны Вашингтона или не хотят уходить в фарватер Запада, например страны Ближнего Востока, Африки, Центральной Азии, Юго-Восточной Азии.

В-пятых, из-за изоляции России со стороны Запада перед Китаем потенциально открывается возможность занять место западных стран в финансировании совместных с Россией проектов развития Сибири и Арктики. Это в том числе усилит элитные группы в РФ, которые будут продвигать именно китайское партнерство для развития энергетических проектов, по мере усиления зависимости от китайских капитала и технологий. В долгосрочной перспективе это позволяет Китаю усилить свое влияние в Москве на уровне отдельных элитных групп. То же касается вероятного усиления китайских компаний в экспорте микрочипов и телекоммуникационных технологий в РФ, что в свою очередь также усилит влияние Китая в России.

В шестых, санкции против российской оборонной промышленности дают Китаю возможность потеснить РФ как крупного экспортера вооружений на мировом рынке, особенно в странах Африки и Азии.

В-седьмых, проблемы с транзитом товаров через РФ и санкциями против российских экспедиторских компаний дают возможность КНР в средне- и долгосрочной перспективе лишить Россию монополии на экспедиторские перевозки китайских товаров в Европу, например путем создания другой экспедиторской компании (китайской или совместной), которая бы замкнула на себе оплату за транзит. Кроме того, актуализация поиска альтернативных маршрутов может вдохнуть новую жизнь в другие транспортно-логистические проекты коридоров через Пакистан, Иран, Южный Кавказ, Турцию и Персидский залив.

Каковы основные интересы Китая в контексте Украины?

Если сводить всё вышесказанное, интересы Китая в контексте войны в Украине сводятся к следующим моментам:

  1. Китаю не выгодна длительная война высокой интенсивности, поскольку она несёт финансовые, репутационные, экономические и военно-политические риски. Поэтому, Китай выступает за скорейшее перемирие, вне зависимости от его условий. А пока этого не происходит, Пекин будет как можно дольше следовать политике «держаться на дистанции» от РФ, понимая, что сближение с Москвой могут стать слишком токсичными и бросать тень на китайскую политику, чего в Пекине хотят избежать.

  2. Китаю выгодно незначительное ослабление России в результате войны в Украине. Это дает возможность КНР расширить свой рынок сбыта за счет западной изоляции РФ, усилить там свое экономическое присутствие, привязать РФ в качестве «сырьевого актива» к себе и сделать Москву более зависимой от КНР, например продавать Пекину энергоносители с огромными скидками, или позволить скупить некоторые ключевые предприятия, или зайти в инфраструктурные проекты, связанные с мировой логистикой.

  3. Российская экономика слишком слабая для модернизации, которую задумало китайское руководство. Россия не нужна им как мощная супер-держава, а лишь как игрок средней руки, поставщик сырья и ситуативный партнер в области безопасности, на которого можно опереться в тех процессах, которые Китай не хочет \ не готов брать на себя (Афганистан, безопасность Центральной Азии, поддержание баланса сил в Сирии), или которого можно использовать в качестве «торпеды» или «тарана» в противостоянии с Западом, ну или на худой конец в качестве «буферной территории», которая отнимает у Запада ресурсы и внимание, пока Китай занимается своими делами.

  4. США все ещё остаются главным стратегическим соперником Китая в ближайшие десятилетия, но Пекин пока не готов к фронтальному столкновению с Вашингтоном, и потому намеревается ещё какое-то время балансировать сотрудничество с соперничеством. Демонстрацией этого стало фактическое предложение Си Цзиньпина во время переговоров с Джо Байденом взять паузу и достичь промежуточных договорённостей по формированию биполярного американско-китайского «взаимопонимания», которое упорядочит отношения КНР и США, и поможет «законсервировать» угрозу со стороны РФ.

  5. Китай рассматривает войну в Украине как часть глобального противостояния условного Запада с условным Востоком. Для него это элемент неизбежных глобальных процессов, которые должны столкнуться с интересами Запада, теряющего безусловную инициативу на мировой арене, и стран Глобального Юга, которые хотят играть более активную роль в международной системе. Китай не присоединяется к западным санкциям против РФ не потому, что поддерживает действия России, а потому, что присоединение к этим санкциям с точки зрения Пекина будет означать его подчинение воле США. Для КНР это неприемлемо.

  6. Хотя Китай не приветствует вторжение РФ в Украину, в Пекине с пониманием относятся к той части позиции РФ, которая касается их претензий к США в сфере безопасности. Война в Украине, которая наносит тяжелый удар по региональной архитектуре безопасности, в которой доминировали западные институции, выгодна Китаю, ведь создает возможность ускорить распад западного мирового порядка и начать переговоры о формировании новых правил международной политики. В этом заинтересовано большое количество не-западных государств, таких как Турция, Иран, ОАЭ, Израиль, Индия, Пакистан, Япония.

  7. Война в Украине создает средне- и долгосрочные риски для китайской инициативы «Один Пояс, Один Путь», который зависит от сухопутных коридоров через Россию и Беларусь. Если конфликт затянется, или если западные санкции останутся надолго, Китаю придется вкладывать больше ресурсов в альтернативные транспортно-логистические маршруты, в частности через Иран, Пакистан и Турцию. А это, в свою очередь, актуализирует для Китая вопрос быстрого возвращения к «ядерному соглашению» между США и Ираном, сохранения влияния на Пакистан и сближения с Турцией через Каспий и Южный Кавказ.

Что Украине следует с этим всем делать?

Для Украины, учитывая всё вышеописанное и анализируя ситуацию с Китаем, напрашиваются несколько важных выводов и рекомендаций.

  1. Китайская политика в контексте войны в Украине в целом НЕ связана непосредственно с Украиной, а больше рассматривается сквозь призму международной политики. Украина — вопрос второстепенный, а приоритетом для Пекина остается соперничество с США. Таким образом, Украине необходимо балансировать между интересами двух государств, которые будут иметь для нас одинаково важное значение.

  2. Китай не станет присоединяться к санкциям Запада против России по политико-идеологическим причинам. Требовать от них этого, апеллируя к морально-этическим соображениям, не имеет смысла, поскольку причины не связаны с нами, а влиять на них мы не можем, учитывая низкую ценность для Китая. Однако если Украина сможет привязать постепенное ослабление санкций или их точечную отмену к конкретным шагам, на которые должна пойти Москва, это может дать Китаю понимание, в каких вопросах можно давить на Россию, чтобы разблокировать отдельные аспекты сотрудничества с ней, замороженные из-за западных санкций.

  3. Китай не станет поддерживать Россию в войне в Украине военным путем, направляя войска или технику. Скорее всего, их поддержка РФ будет выражаться в точечном замещении определённых категорий товаров, которые Россия потеряла из-за западной изоляции. Пекин будет делать всё, чтобы экономически привязать РФ к своим геоэкономическим интересам, пока Запад толкает Москву в сторону Востока и Юга. Украине следует оценить возможности перехвата некоторых транспортно-логистических потоков, которые Россия потеряла из-за санкций, и в которых будет нуждаться Китай, ища альтернативные пути поставок товаров на Запад (этим отчасти и обусловлено предложение Китая сделать Украину «мостом между Востоком и Западом»), а также предложить Китаю восстановление надежных и непрерывных поставок продовольствия в обмен на их давление на РФ или участие в мирных переговорах, в том числе чтобы Россия не блокировала черноморские порты после завершения войны.

  4. Война в Украине и беспрецедентные санкции Запада против РФ создают базовые условия для передела энергетического рынка и пересмотра международной финансовой системы, построенной на основе Бреттон-Вудских договорённостей во главе с США. Хотя де-долларизация мировой экономики пока что выглядит отдаленной перспективой, война в Украине может стать триггером для Китая как минимум форсировать этот процесс, как они уже начали делать в технологической отрасли. Например, путем создания альтернативной финансовой системы на базе сотрудничества стран ШОС и БРИКС. Для Украины развитие многополюсности может быть выгодным, поскольку создает широкое пространство для маневра между большими государствами, особенно если война в Украине завершится компромиссом с закреплением многостороннего нейтралитета Украины.

  5. Китаю не нужна затяжная война РФ и Украины, поскольку она создает условия для усиления проамериканских сил в Европе и Азии, усиливает зависимость Украины и стран Центрально-Восточной Европы от США, а также ослабляет позиции РФ до критического уровня, когда Москва может потерять свою геостратегическую ценность как «тарана» в борьбе с Западом. К тому же, чем дольше длится война, тем более токсичной она становиться для самого Пекина, сужая его поле для маневров и возможности балансировать соперничество и сотрудничество с США, явно нацеленными на то, чтобы в конечном итоге подвести КНР под антироссийские санкции и ослабить её влияние на «балансирующие государства», которым в условиях военной поляризации всё сложнее сохранять нейтралитет или отстраненность. Это касается таких важных для Китая стран, как Пакистан, Индонезия, Вьетнам, Камбоджа, ОАЭ, Египет, Турция и остальные.

  6. Китаю выгодно незначительное ослабление РФ в результате войны, которое позволит Пекину расширить свой рынок за счет российского, усилить зависимость Москвы от КНР и укрепить свои региональные позиции в регионах, которые они до этого делили с Россией: Центральная Азия, Южная Азия, Южный Кавказ. . Украине в кратко- и среднесрочной перспективе выгодна маргинализация РФ в партнерстве с КНР, но в долгосрочной перспективе Украина может заменить Россию в некоторых отраслях в качестве более надежного, эффективного, не проблемного партнера, который будет иметь диверсифицированные внешние связи, что позволит Пекину поддерживать контакты с другими регионами.

  7. Китай готов играть посредническую роль по Украине, но при условии, что КНР включат в список «гарантов безопасности» Украины при заключении нового мирного соглашения с РФ, и при условии, что это посредничество будет частью глобальных договоренностей с США и ЕС. Учитывая, что глобальная политика в последующие десятилетия будет определяться динамикой взаимоотношений США и Китая, Украине необходимо пригласить Китай в качестве одного из гарантов безопасности вместе с США, параллельно с переходом на более диверсифицированную внешнюю политику, позволяющую свободнее балансировать между этими двумя полюсами мировой политики.

  8. Украине следует больше привлекать Китай не к вопросам политического или безопасностного характера, которые для Пекина являются либо чувствительными, либо не связанными с Украиной, а к сотрудничеству в сфере гуманитарной помощи, финансовой и экономической стабилизации, а также информационно-медийного партнерства, которое позволит иногда увеличить осведомленность китайцев по Украине и привлечь их капитал на территорию Украины после войны.

  9. Украина должна немедленно начать процесс налаживания постоянной и прямой политической коммуникации с Пекином. В частности, речь идет о назначении нового посла Украины в КНР, решении вопросов, связанных с контрактом ГПЗКУ и «Мотор Сич», возобновлении работы украинско-китайского бизнес совета и торгово-промышленной палаты и т.д.