Меня иногда упрекают, что я пишу и даже, как некоторые выражаются, предъявляю претензии, как будто в Украине сейчас не идёт тяжёлая и, похоже, продолжительная война. Как можно думать о чём-то другом, кроме войны?

Хотя я, вроде, ещё весной и летом говорил, что, несмотря на значительные успехи ВСУ, ничего ещё не решено и до решающих побед ещё весьма далеко. В то время, как по украинским сетям и каналам уже вовсю обсуждали, как они будут делить Россию. Шкуру этого пока не убитого медведя.

Вот, скажем, сидит у себя в доме человек. У него работа, семья, болячки, долги и куча других важных проблем. И тут к нему в дом вваливается тот самый медведь, неубитый. Понятно, что в такой момент многое отходит на задний план, потому что мертвые сраму не имут и проблем у них совсем мало. А у живых, даже при наличии медведя в доме, проблемы всегда остаются. Более того, даже если человек, наверно с помощью соседей, медведя то ли забил, то ли вытурил, то проблем у него после этого только прибавится. После буйства медведя и дом ремонтировать придется, и пошатнувшуюся психику восстанавливать, да и с соседями за помощь разбираться.

То есть война проблем не отменяет. Она их временно сдвигает из фокуса, но не из реальности.

К тому же многие проблемы и во время войны актуальны, и более чем. Организация, логистика, управление — это всё обязательно для успешного ведения как войны, так и мира. Желательно иметь как хорошо обученную, укомплектованную, экипированную, снабженную, моторизированную, механизированную армию, так и обученное, укомплектованное, экипированное, снабженное, моторизированное, механизированное население трудового возраста.

Переоценить это трудно. Не стану приводить примеры из сегодняшнего дня или недавнего прошлого. Они слишко болезненно свежи в памяти. Обратимся к событиям Второй мировой.

Одной из причин огромных потерь Красной Армии по сравнению с британцами и конечно с американцами была страшная нехватка моторизованных средств передвижения и снабжения. Особенно в первые годы войны до стабильных поставок по ленд-лизу. В таких условиях делать глубокие прорывы или просто быстро менять позиции по обстановке было невозможно. Без снабжения всё быстро замирало. Чтобы как-то это компенсировать, командованию приходилось ложить огромное количество жизней.

Два примера. В Северной Африке 30000 мобильных, механизированных, моторизированных британцев, по-махновски ударяя со всех сторон сразу, разбили стоявшую на месте без машин итальянскую группировку из 150000. В похожей ситуации на Восточном фронте, для победы над примерно такой же по размерам итальянской группы войск Красной Армии, с её недостатком машин, потребовалось по крайней мере вдвое больше солдат, чем у противника. В результате советских солдат неизбежно погибло на порядок больше, чем британцев, для достижения примерно равных целей.

Всё имеет свою цену, в том числе и отсутствие чего-то. И цена — это не обязательно в денежном эквиваленте. Как в примерах выше. Съэкономили на средствах передвижения — заплатили жизнями солдат. Такой получается реальный баланс.

Всё имеет свою полную цену, даже если она и не указана на ценнике — и детский труд в азиатских странах, и ухудшение условий окружающей среды, и повышенный стресс карьерной гонки, и так далее, и тому подобное. Просто в каждом случае кто-то перекладывает реальную стоимость на другого.

Поэтому важно не обманываться в кажущейся доступности и простоте вещей и решений. В них наверняка окажется заложенной ещё и какая-то дополнительная цена. Из-за этого в мире намного больше неуспешных стран, чем успешных.

Мы много раз обсуждали, почему опыт успешных стран как правило не применим на другой географической, культурной, экономической, политической и социальной почве. Успех весьма индивидуален и связан с кучей факторов, многие из которых невозможно предугадать, предусмотреть или просто себе представить. И сделать, как в Южной Корее, или Чили в Украине не выйдет. Украина же ведь - не только не Россия. Она ещё много чего не то.

Учиться стоит на ошибках других, чтобы не делать своих. Успехи очень специфичны, а провалы, как правило, универсальны и применимы везде. Неудачи объясняются просчётами в каких-то базовых вещах и моментах, обычно в угоду идеологическим или эмоциональным установкам. И когда я в очередной раз читаю, что мы, мол, сейчас заведём себе индустриальные хабы, ИТ наярим, налоги отменим, мне кажется, что люди просто вообще не задумываются о возможности негативных вариантов. Они смотрят куда-то в прошлое и говорят — О, вот там тогда подобное у них почему-то сработало, значит и у нас пройдёт! То, что у 160 стран тоже есть и была возможность провести подобные эксперименты и они почему-то не состоялись — это им и в голову не приходит. Мы же не какая-та там Шри Ланка с Аргентиной.

Популярные статьи сейчас

Нужно сделать каждому: Нафтогаз обратился к украинцам насчет личных данных

В Украине вводят обязательную военную подготовку для двух категорий граждан

Владельцев паев в Украине ждут изменения: что известно

Меркель скрыла информацию о планах Путина по газовому шантажу – СМИ

Показать еще

Впрочем, почему нет? Вот есть такой из себя Международный Валютный Фонд. Как его представляют неудавшиеся страны? Это место, где можно быстренько цапнуть кредит, который можно потратить на что-нибудь вкусное или интересное. Хотя МВФ создавался и действует не для этого. Он играет роль изначального инвестора, давая сигнал потенциальным инвесторам, что у клиента, с которым раньше иметь дело было невозможно из-за его безалаберности, теперь есть заначка и он проходит постоянные аудиты на вшивость. Что даёт возможность самому клиенту создавать условия для серьёзного привлечения внешнего капитала. Что, как правило, клиент делать не собирается, ибо он об этом даже и не думает, так как он принимает изначльные условия за конечный результат. Потом все винят МВФ и цикл возобновляется.

Неудачные страны также очень суверенны и независимы, и терпеть не могут этих самых аудитов. Вы нам только деньги дайте, а мы тут сами разберёмся куда их пристроить. Между тем возможность проведения независимого аудита невероятно важна для инвестиционного климата и развития.

Даже в Китае. Одно время считалось, что китайский бизнес солидный и его цифрам можно доверять. Но мы то с вами знаем, как оно делается в определённых странах. Причём необязательно правительство или руководство корпораций мухлячят. Но когда имеется мотивация лизнуть начальству и написать цифру побольше, а она в Китае имеется, то стоит один раз написать не то — потом это дело приходится поддерживать. В общем, американские финансовые институты засомневались в китайских показателях и потребовали аудита. Китайцы, понятно, сначала для вида повыламывались, мол, суверенность, да как вы смеете, я честная девушка и всё такое, но оказавшись перед выбором вынужденного ухода с бирж или перевода части компаний в США, скрепя сердце аудиты позволили. Потому что там понимают, что настоящая суверенность заключается в деньгах. Как и было всегда, если честно.

Более того. Мы сейчас наблюдаем переформатирование глобализма, с важными экономическими и политическими последствиями для всех. Разговоры о том, что глобализм закончился, они для бедных. Ничего он не закончился, и просто не может закончиться, так как этот мир давно уже стал единым, хотим мы того или нет. Другое дело, что в той примитивной и опасной форме, в которой он до сих пор развивался, глобализм оставаться и, уж тем более, развиваться, не может и не должен.

До совсем недавнего времени единственным способом развития цивилизации была экспансия: военная, торговая, культурная, экономическая, технологическая. То есть по мере отрабатывания природных и людских ресурсов, достигнув определенного предела поддержания баланса внутри системы общества, мы начинали расширять земельные владения, желательно с человечками, дотягиваться до новых природных ресурсов, рынков сбыта, потом стали уже и само производство переводить из метрополии подальше. Особенно когда колониализм ушёл в прошлое. И появилась идея о том, что все мы, несмотря на все наши различия и придури, по большому счету хотим примерно одного и того же, поэтому неважно что и где производить, важно сколько это будет стоить. Как корпорации -производителю, так и покупателю из первого мира.

Как было сказано выше, это помогло переложить разницу между магазинной и реальной ценой на кого-то там, в далёкой стране, кто горбатился с раннего возраста за мизерную плату для того, чтобы американец мог купить модные кроссовки по вполне доступной цене. Что, в свою очередь, позволяло тем же корпорациям, которые свою выгоду не упустят, удерживать реальную заработную плату работников на примерно одном уровне десятилетиями. Товары то дешевели, телевизоры с телефонами даже у нищих, инфляция была низкой — зачем её поднимать, действительно?

И тут вдруг оказалось, что и Россия, и Китай, те самые полудохлые страны, которые вроде бы стали интегральной частью глобальной экономики, со временем нехило так разбогатели и обрели своё прежнее нахальство. Почему нет? Оказалось, что от них все зависят. Буквально все. Причём не в каком-то там серебре, на котором подсела в своё время Испанская империя, не в пряностях Индонезии, не в мехах Британской Канады и Сибири, не в китайском шелке и фарфоре, не в предметах роскоши, статуса и удовольствия, а в нефте, газе, редкоземельных металлах, всевозможных товарах, которые почти перестали производить у себе остальные, включая электронику, то есть жизненно важные элементы современной экономики и жизни вообще.

И тут оказалось, как всегда, оказывается, что реальная стоимость дешёвых нефти-газ, ширпотреба и электроники не такая уж и дешёвая! В неё входит и стоимость национальной безопасности, поскольку многие эти вещи стратегически важны или просто необходимы. На Тайване производится чуть ли не 65% полупроводников в мире и почти 90% передовых чипов. Для сравнения, Китай производит немногим более 5%, а США производят примерно 10%. Что делает и сам остров, и весь мир заложником китайской политики, которая так или иначе крутится вокруг Тайваня. Это реальная цена.

Которая в свою очередь имеет и обратную цену. Это же работает в обе стороны. Так, после выступления Си Цзиньпина на осеннем съезде Компартии Китая, где китайский лидер решил встать в позу очередного Великого Кормчего и пафосно погромыхать по вопросам экономики, которая в последние два года в Китае совсем не впечатляла, а тащилась кризиса к кризису, и о внешней политике, как если бы последних 40 лет сопроцветания и не было, внешние инвесторы и компании тут же поднялись и погарцевали подальше из Поднебесной. При этом их ещё усиленно подбадривала и подталкивала американская администрация.

И, о диво! Через каких-то пару месяцев китайское правительство начало клясться в приверженности курсу Ден Сяопина на капитализм и западные вложения. Потому что, в отличие от России, которая живет не производством товаров, а добычей ресурсов, что позволяет ей быть своего рода самодостаточной, пусть и временно, автаркией, Китаю жизненно необходимы рынки сбыта и инвестиции. Посему китайская политика постоянно балансирует на грани внешнего выпендрёжа в сочетании со страхом потери инвестиций и партнёров.

К чему их выпендрёж уже и привел. Никто в здравом уме не верит в такой быстрый разворот китайского руководства, который явно лишь тактическая уловка. Глобализация возможна только в условиях хотя бы относительного доверия партнёров. Если же один из них начинает подчёркивать своё неприятие настоящего положения вещей и пытается утащить технологии другого — другой наверняка задумается над тем, зачем это ему вообще нужно? Потому США в свою очередь и начали то, сейчас именуется “войнa микрочипов”, ограничивая доступ к передовым технологиям и переводя производство из Китая, по большей части в сами США. Такова настоящая цена политической риторики.

Честно говоря, ре-индустриализация Америки началась ещё лет 10 назад, но Китай и РФ дают ей дополнительные мотивации уже не просто экономического характера, но и стратегической безопасности и инициативы.

Поэтому, кстати, на данный момент не имеет никакого смысла переводить разработку и производство ИТ продуктов в третьи страны, или полагаться на сырьевой импорт извне, что оставляет Украине в мировом раскладе сущие мелочи. Не будет Microsoft, Oracle или Apple что-то делать в Украине, даже если бы и не было войны. А сейчас и тем более.

Причём в этом контексте любая страна будет вынуждена выбирать на чьей стороне ей играть. И другой стороне это скоре всего не понравится. В более поляризованном, чем раньше, мире удобное сидение на заборе может перестать быть доступным вариантом. Что опять-таки, для небольшой страны с ограниченными ресурсами и возможностями, чревато неприятными последствиями.

Это не значит, что глобализация провалилась или что ничего Украине не светит. Просто из безудержной глобализация становится осторожной, с более тщательным подсчетом стоимости всех составляющих, включая национальную безопасность. И это необходимо учитывать в своих планах переустройства и развития.

Как и то, что человечество в целом и экономические системы в частности стремятся к специализации. Специализация — это синоним цивилизации. 40000 лет назад средний объём мозга человека превышал современный потому, что в условиях жизни в очень мелких группах не свыше 30 человек, знать и уметь необходимо было всё. Посему прогресс был невероятно медленным. А вот как только осели и стали специализироваться на крестьян, кузнецов и маникюрщиц, то уровень жизни сразу подскочил, зато размер головешки сжался за ненадобностью.

Обратной стороной универсальности является поверхностность. Ну не может человек знать и уметь всё идеально! Что-то одно, конкретное — может. Но для этого ему нужно иметь время и средства, чтобы не заниматься ничем другим.

Люди в бедных странах очень много работают. Когда мы читаем, что в условном Конго средний доход составляет 3 доллара в день, это совсем не значит, что человеку заплатили 3 доллара в день и он на них живёт. Нет. На 3 доллара и Конго не проживёшь. Так что человеку приходится ещё чем-то заниматься, ещё где-то подсуетиться, личный огородик с огурчиками и картохой полить, грядку возле дома прополоть, бартер с кем-то наладить, ворота соседке за бутыль самогона починить, бутылки собрать и сдать, и тому подобное. Учиться и специализироваться ему некогда. Чем меньше специализация в обществе, тем оно беднее.

Мы, помнится, приехали в Канаду, и поражались, что тут не то, что занавеску или бальное платье сшить люди простые не могут, они и пуговицу как пришить не знают. С другой стороны, моя мать, судья, готовила нам еду и стирала наше бельё. Не ради удовольствия, хотя она готовить умела и любила, а по необходимости. То есть полностью посвящать себя карьере она не могла. Это только кажется мелочью, но весьма показательно для уровня развития экономики.

Хотя имеет это значение только тогда, когда мы ставим на лучший вариант развития событий, на то, что мы останемся частью общей цивилизации и найдём себе в ней нишу. Если же мы ожидаем коллапс мира, как мы его знаем, и откат на доцивилизационные отношения — то да, только универсальность и спасёт. Ибо доктор математических наук или инфлюенсер не обязательно сможет поймать зайца. И я бы не стал уж совсем отметать возможность возвращения к первобытному образу жизни, ибо дураков у власти хватает везде.

Кстати, о дураках. И об Искусственном Интеллекте (ИИ). Который уже стал вторгаться и менять нашу жизнь. Точнее вашу жизнь.

Ещё, помнится, Маркс мечтал, что мы заведём себе заводики с самозаводящимися механизмами, а сами будем целый день водить хороводы и кушать гречку с маслом, возможно даже и сливочным. Примерно так же мы воображали приход ИИ. Или наоборот, что ИИ придёт — порядок наведёт, истребив всех человеков как в кино.

Всё оказалось гораздо хуже. Или лучше, в зависимости от того, как вы на это смотрите. Когда компьютеры вошли в обиход, они уничтожили целый класс людей, которые раньше печатали на машинках и считали на счётах в качестве профессии. Теперь же ИИ убирает необходимость в целой прослойке общества, иногда именуемого средним классом, включая программистов среднего звена, преподавателей среднего звена и даже врачей-медсестёр среднего звена. Остаются те, кого этот чертов ИИ заменить не может. Это творчески, неординарно мыслящие люди, очень узкие специалисты, профессиональные спортсмены и — та-да! - малообразованный (в том плане, что особого образования не требуется) народ, способный что-то делать руками и, иногда, ногами. Там, сосиски жарить, пиццу доставить, собаку выгулять. ИИ этого делать не станет. Хотя запросто напишет 99% современной литературы с иллюстрациями. Даже писатели буду не нужны. Даже я.

Чем будут заниматься оставшиеся без дела — я не знаю. Как показал Ковид, сидение без дела дома плохо сказывается на физическом и психическом состоянии даже при наличии денег. Но и это нужно учитывать, потому что и это имеет свою цену.

Интересоваться стоит реальной ценой, со всей спрятанной в ней стоимостью, а не идеологическими и эмоциональными импульсами. И помнить, что нет правильных или неправильных путей к успеху, есть только цена, которую вы состоянии и согласны платить. Которая включает также ту цену, которую в состоянии и согласны платить другие. Что тоже необходимо учитывать.

За прошедший год, как мне кажется, в украинцах утвердилась уверенность, что западная помощь разного вида, без которой их противостояние путинской агрессии стало бы весьма проблематичным, это данность, причём долгосрочная, сколько нужно, столько и будет. Потому что, по их мнению, цена войны Украины с Россией с избытком оправдывает эти затраты. И для многих это действительно так.

Но не для всех. Например, в Азии и, особенно, в Африке поддержка и сочувствие России велики, причём не только на уровне правительств, но и среди обычных людей. Потому что там, для них, в силу исторических обстоятельств, Россия противостоит Украине, которая ассоциируется с Западом, который ассоциируется с колониализмом. Таким настоящим колониализмом, со всеми его зловещими атрибутами, а не придуманный по политическим соображениям для пропаганды. Из Африки нацисты в России не видны, как ни странно.

Более того. Даже в США не все готовы поддерживать Украину. И это гораздо серьёзнее, чем Африка. Будем откровенны — все военная помощь, вся финансовая, дипломатическая и политическая поддержка Украины в мире основывается на желании Соединённых Штатов этим заниматься.

Скажем прямо, Россия не представляет никакой прямой угрозы США, чьи вооруженные силы по всем параметрам намного превосходят вооруженные силы РФ, Китая и Индии вместе взятых. Один Корпус морской пехоты США, самая маленькая часть их сил, имеет сравнимое количество самолётов с ВС РФ до войны.

И упреждая вечных скептиков добавлю, что нет, США не проиграли ни одной войны, они проиграли мир, проиграли попытки построить внятные демократические общества в Южном Вьетнаме, Ираке и Афганистане. Это не то, чем умеет и должна заниматься армия. И это, кстати, важное напоминание украинском правительству, что в отсутствии прогресса в построении работающего общества и экономики, американцы в конечном итоге теряют интерес. И правильно делают. Как сказал один американский дипломат о Южном Вьетнаме (применимо везде), «Каждая смена правительства там приводила к власти всё более худших и более коррумпированных людей. В конце концов нам пришлось задаться вопросом — кого мы тут, собственно, поддерживаем и зачем?»

Такими вопросами задаются и сейчас, если не многие, то достаточно влиятельные люди. По разным мотивам: иногда шкурным, иногда идеологическим, иногда политическим. Но самые важные из них — с десяток ультра популистских республиканцев в Конгрессе США, которые стремятся нашкодить демократической администрации Байдена, включая помощь Украине, при составлении бюджетов.

Вы скажете, ну что такое десяток человек? Зависит от расклада и их позиции. В настоящий момент эти десяток республиканцев, из них 3-4 дураков и лгунов, крепко держат за тестикулы республиканских лидеров в Конгрессе. И если после президентских выборов расклад снова изменится, то не исключено, что на Украину там просто махнут рукой.

Я не стану делать вид, что, в отличие от всезнающих украинских аналитиков, разбираюсь в червяках в голове у Путина и его окружения, но у них есть вполне возможный вариант перевести войну в Украине в вялотекущий конфликт и ждать, когда американский политический маятник в очередной раз качнётся в противоположную сторону и к власти придут носители извечной американской идеи «А почему мы должны за всех платить и воевать? Нам и самим деньги нужны.» И вот тогда у Путина появится шанс добиться своего.

Я надеюсь, что этого не произойдёт, и думаю, что не произойдёт. Но если к этому не готовиться, если это не предупреждать заранее, то, как и многие другие вещи, от самой возможности которых отмахивались, такое развитие событий окажется вполне реальным.

Неподготовленность имеет свою цену, которую сейчас платят военные на передовой, беженцы, да и все украинцы. Выясняется, что инвестировать стоило в миномёты и средства ПВО, а не... Вы сами всё прекрасно понимаете. Сейчас. Когда стало немного поздно.

Потому что это вопрос настоящей цены вещей и слов. Особенно слов, потому что люди обычно не думают, что слова тоже имеют свою скрытую цену.

Я намеренно сделал статью немного сумбурной и обо всём сразу. Потому что она отражает только незначительную часть действительности, которую нужно учитывать, принимая решения. Которые всегда имеют свою цену, которую кто-то всегда платит волей-неволей. Поэтому очень важно найти ту цену, которую ты согласен или можешь заплатить.

Или как говорил мой отец «Любой может достичь, чего он хочет, при условии, что займётся тем, чем может».